Можно ли обойтись без гиперопеки?
Можно ли обойтись без гиперопеки?

Можно ли обойтись без гиперопеки?

Вячеслав Дмитриевич Озеров - отец тотально незрячего сына, общественный деятель. Один из инициаторов создания и председатель АРДИЗ – одного из первых объединений родителей детей-инвалидов Санкт-Петербурга, впоследствии - вице-президент ГАООРДИ. Организатор летних социально-реабилитационных программ для детей-инвалидов по зрению, автор серии статей и книги «Беседы с родителями незрячих детей». Ниже глава из этой книги приводится в сокращении.

Можно ли обойтись без гиперопеки?

Случилось так, что, когда мой младший сын, слепой с детства, «оперился» и, ещё учась в вузе, стал жить самостоятельно, жизнь вновь свела меня с семьёй, в которой воспитывался слепой ребенок. Моими соседями по коммунальной квартире стали мама и её 12-летний слепой сын – Николай. Родом они были из небольшого города на северо-западе России, но уже 8 лет каждый август перебирались жить в Санкт-Петербург, чтобы Николай мог посещать детский сад и школу для детей с нарушениями зрения. Каникулы проводили на родине.

Оказавшись рядом с ребенком, имеющим такие же нарушения, как мой сын, мне было интересно понаблюдать за ним. Николай учился в четвертом классе, но, к моему удивлению плохо читал и слабо ориентировался в приборе для письма по Брайлю, не умел считывать грифелем наколотый текст, не вынимая листа из прибора. Из-за этого, неплохо соображая, не успевал на уроках. У него была слабо развита мелкая моторика и ориентировка в знакомых пространствах: квартире, школе. Он не умел мыться под душем, убирать свои вещи, вне домашней обстановки обычно вел себя скованно и был не прочь, чтобы окружающие ему помогали. При этом я не наблюдал у него каких-либо других физических или психических нарушений, которыми можно было оправдать столь низкий уровень его самостоятельности в быту и учебе, или объяснить столь «высокие требования» к своей персоне.

(Комментарии психолога: Описанная ситуация очень характеризует одну из главных ошибок родителей: недоверие к возможностям ребёнка с одной стороны и «практический» подход родителей – с другой. Это когда родителю проще и быстрее собрать, одеть, умыть и т.д. ребёнка самому, чем научить его этому и терпеливо дождаться, пока ребёнок проявит самостоятельность).

Мама полностью посвятила себя сыну (он был единственным и долгожданным ребенком) и ежедневно самоотверженно водила его в садик, потом в школу, затем: дом, готовка, уборка…, приготовление уроков. Мальчик был ухожен, на занятия приходил вовремя, с готовым домашним заданием. Мама всегда отзывалась на просьбы учителей, старалась учесть все их замечания. Но с учебой, несмотря на все её старания, у Николая были проблемы: первые три класса одолел с трудом, а после первой четверти четвертого класса его классная руководительница и завуч предупредили, что, «по их мнению, ребенок вряд ли справится с программой следующих классов», и посоветовали подумать о надомном обучении.

Понаблюдав за ними, я решил, что мне, имеющему опыт в воспитании незрячего ребенка, грех оставаться в стороне от решения их проблем. "Живой" пример моего сына Максима и его товарищей, которые частенько заглядывали ко мне «на огонек», убедил маму не отказываться от моей помощи.

Первое, с чем я стал разбираться, так это с причинами, из-за которых Николай плохо писал и читал по Брайлю. Выяснилось, что вместо чтения он предпочитал слушать «говорящие книги». Слушал он их обычно лежа на диване и (от ничегонеделания) начинал махать руками и ногами, по его же объяснению, «делал Буратино». Аналогичная замещающая деятельность нередко встречается у слепых детей и приводит к формированию навязчивых движений, борьба с которыми впоследствии малоуспешна. Мама же полагала, что все нормально: сын занят, приобщается к шедеврам мировой литературы, не мешает ей заниматься домашними делами, а «Буратино» вызвано недостатком физической нагрузки. Не отрицая необходимости «говорящих книг», фильмов, «читающих машин» и т.п. устройств при обучении детей, я считаю, что замена чтения (что визуального - для зрячего, что осязательного - для слепого младшего школьника) на слуховое восприятие текстов отрицательно скажется на формировании навыка чтения.

(Комментарии психолога: Всё правильно. Без осознанного беглого чтения невозможно грамотное письмо, а также восприятие и осмысление значительного объёма текста, что необходимо для успешного усвоения учебного материала. Кроме того, чтение, в отличие от слушания, требует более активного включения в процесс познания, например, за счёт движения и осязания).

Поэтому мне удалось убедить маму, чтобы мальчик перестал постоянно слушать диски, а стал больше читать. И уже через пару месяцев у Николая появился интерес к книгам, понравилось читать «в своем темпе», перечитывать «интересные фрагменты». Он стал пересказывать прочитанный текст, обсуждать судьбы героев, применять при общении понравившиеся цитаты и выражения. К концу учебного года Николай сравнялся с другими детьми класса по скорости чтения, восприятию текста и осмыслению прочитанного (по оценке учителя, сообщенной мне перед летними каникулами удивленной и радостной мамой). Уменьшилось число случаев "тряски" руками, которые проявлялись и в школе.

Второе. Удалось добиться, чтобы Николай освоил хождение вне дома с тростью. Несколько раз я сам ходил с ним по разным маршрутам в нашем квартале, спускался в метро, ездил на трамвае. Сначала Николай боялся, стеснялся, тушевался, отказывался заходить с тростью в магазин, в транспорт…, но мама настойчиво повторяла попытки. Скоро и сам Николай заметил, что трость ему помогает, а он не «болтается, как авоська» сзади у мамы. Выяснилось, что ходить с тростью не стыдно, а даже несколько "престижно": «Я умею то, что не умеют другие». На зимние каникулы они поехали с тростью домой. Мама боялась, что она (!) не сможет выйти на улицы родного города с сыном, который держит в руках белую трость.

(Комментарии психолога: Зачастую незрячие дети не пользуются тростью только потому, что родители стесняются своего ребёнка. Адекватное отношение родителей к тому, что ребёнок идёт с тростью, понимание, что трость – это, в том числе, безопасность незрячего ребенка, формирует адекватное отношение к трости и у ребёнка).

Но через день позвонила и сообщила, что они вышли с тростью, и это не стыдно, даже интересно, а окружающие приняли их с пониманием и одобрением. У Николая повысилась самооценка, а у мамы появилась гордость за сына.

(Комментарии психолога: Самооценка незрячего ребенка зависит от оценки родителя в гораздо большей степени, чем у нормально видящего. Как ребенок будет думать о себе («я хороший/плохой», «я умею/не умею» и т.д.), так он будет ощущать себя и действовать в жизни. Родителям важно понимать, что перехваливать ребенка так же плохо, как и недооценивать его возможности).

Третье. Прислушавшись ко мне, мама прекратила сопровождать Николая по школе, помогать одеваться. Стала учить ухаживать за своими вещами, мыть посуду и многому другому, к чему ранее боялась допустить сына, и вдруг с удивлением обнаружила, что Николай может во многих делах обойтись без неё.

Четвертое. Как я отмечал, Николай сам не мылся в ванной. Поинтересовался – почему, и услышал в ответ: "Если сам помоюсь, то заболею". Предложил все же попробовать, он неделю упирался, а я убеждал: "Ты уже большой, тебе надо мыться каждый день. Стыдно, что тебя кто-то моет". Показал, как залезать в ванную, задвигать занавеску, пользоваться душем, находить мыло, мочалку, намыливать её, вытираться полотенцем. Наконец Николай попробовал и …, слегка обжегшись горячей водой, научился регулировать температуру. Мыться стал ежедневно.

Пятое. Пришлось побороться с маминым желанием "сделать из своего сына успешного ученика" путем "делания за него уроков". Это болезнь многих «продвинутых» родителей: «Мой ребенок не может быть неуспевающим!» В итоге получается: "Папа решает, а Вася сдает!" И мама Николая каждый день "сидела" с ним, фактически указывая ему, в какой строке прибора как и что писать. Тратила на это 2 - 3, иногда 4 часа. Получалось: домашнее задание сделано, а как писать в классе, то Николай не успевает, путается в приборе. За домашнее 4 и 5, в классе 2 и 3. После долгих убеждений мама уступила моим «наездам» и согласилась на право Николая получать 2 и 3, как за классную работу, так и за домашнюю, и на его право делать самому домашние задания. Правда, пришлось несколько пожертвовать осенними каникулами, ежедневно занимаясь специальными упражнениями «по ориентировке» в приборе для письма. Став делать домашние задания самостоятельно, Николай почувствовал «вкус быть готовым» к занятиям, понравилось быть успевающим. Если возникали трудности, сам стал обращаться за помощью, искать нужный материал в учебнике. Оценки, которые он начал получать, теперь соответствовали его заслугам, а не маминым. Год закончил с положительными оценками. А у мамы появилась свободное время.

(Комментарии психолога: Преодолевая трудности и переживая свои успехи, ребёнок смог повысить свою самооценку)

Шестое. Более года шла борьба за разнообразие в питании Николая. Он не ел хлеб, каши, но ел сардельки. Плохо пережевывал пищу, боялся горячего чая, вилки, ножа т.п. Мама ежедневно выдумывала, чем его накормить, и все боялась, что сын будет голодным. Эта борьба закончилась не полной, но убедительной победой в пользу разнообразного питания. Сегодня Николай ест вилкой, пользуется ножом, не отказывается от гречневой, рисовой, овсяной каши, научился пробовать на вкус новую для него еду (раньше категорически отказывался). Эти успехи были достигнуты разными способами - вплоть до отказа выполнить его желания (пользовался отсутствием мамы), оставления его голодным (до прихода мамы), шантажом и другими "непедагогическими" методами. Мать сначала протестовала против них, но потом согласилась с возможностью их "ограниченного применения". Николай сам стал доставать себе продукты из холодильника, съедать все положенное в тарелку. А главное, мама поверила, что «если сын иногда вовремя не поест, то не помрет сразу от голода!».

(Комментарии психолога: Расширение диапазона собственных возможностей благотворно сказывается на разных сферах жизни ребёнка).

Седьмое. Жизнь Николая была окружена большим количеством страхов. Например: "не трогай вилку - выколешь глаз", "не бери нож - обрежешься", "не ходи один - упадешь", "не подходи к газовой плите - обожжёшься". Надо заметить, что страхи были заложены не специально, а из благих намерений. Но недаром говорится, что "дорога в ад устлана благими намерениями". Страхи обычно формируются у ребенка-инвалида родственниками в первые годы жизни «для его же безопасности» и в итоге становятся препятствиями для развития самостоятельности. Это не столько вина родных, сколько их беда, вызванная шоком от слепоты ребенка и незнанием, что делать с ребенком, как его воспитывать, учить, развивать. Через некоторое время под моим «давлением», на примере Максима, его товарищей мама начала осознавать, что большинство страхов у Николая вызваны гиперопекой, присутствующей в их семье, и ей пришлось заставить себя отказаться от желания «во всем ему помогать». Из опыта общения с другими родителями знаю, что не все на это способны, всегда найдется оправдание своих действий «во благо ребенка».

Вскоре Николай как бы «раскрылся»: стал самостоятельно заниматься, перестал бояться других детей, требовать "мне должны", начал уважать интересы окружающих. У него повысилась самооценка, наладилась учеба, улучшились взаимоотношения с соучениками и учителями, проявилась любознательность. Он стал сам одеваться, перемещаться по школе; перестал бояться ходить по лестнице, по улице, по двору, ездить в общественном транспорте.

(Комментарии психолога: Не последнюю роль сыграло избавление мамы от её страхов в отношении ребёнка).

Прошло 8 лет. Николай завершил учебу в школе им. К.К. Грота по программе основного общего образования (10 кл.) и, сдав ГИА, получил аттестат. Дальше он инклюзивно продолжил учебу по программе среднего общего образования в одном из Центров образования Санкт-Петербурга, совместив учебу с прохождением курса социальной реабилитации в Центре реабилитации инвалидов по зрению, занятиями в гребном клубе, участием в художественной и общественной деятельности.

Пройдя отбор, принял участие в 7-ом Молодежном форуме инвалидов по зрению. Начал активно осваивать компьютер и социальные сети. Сложность учебного материала по некоторым предметам заставила Николая найти себе тьюторов - сам договорился со знакомыми преподавателями его бывшей школы о помощи в преодолении возникающих учебных трудностей. Сегодня Николай полностью владеет рядом маршрутов для самостоятельной поездки по городу на различных видах общественного транспорта. Социальное такси использует в исключительных случаях, хотя дорога дом – школа и обратно занимает больше часа и сопряжена с пересадками: дом – автобус – метро – трамвай – школа; школа – трамвай – автобус – троллейбус – дом. Стал задумываться о своем будущем профессиональном образовании.

Не все сложилось за эти годы в их семье хорошо – вскоре после нашего знакомства погибает отец Николая, от тяжелой и продолжительной болезни умирает бабушка, много сделавшая для будущего Николая. Но они не сдаются, не опускают руки. Самостоятельность, приобретенная Николаем, помогла маме окончить курсы пользователя ПК, найти работу, где её ценят и уважают, решить другие жизненные проблемы.

P.S. Всё описано с согласия мамы и Николая.


Теги: семья, Коррекция, опыт родителей, самообслуживание

Возврат к списку


 
Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений